Психология и алхимия

Рейтинг:   / 0
ПлохоОтлично 

 


Тему алхимии ввел в психологию К. Г. Юнг, рассматривавший ее больше в культурно-историческом плане и не пытавшийся всерьез реконструировать алхимические принципы и практики с точки зрения их пригодности к внутренней работе человека.

Однако сегодня словосочетание «психология и алхимия»  все чаще можно встретить на страницах психологических книг.

Между тем практическая сторона алхимии очень интересна и важна для современного человека, пытающегося всерьез изменить не просто свою жизнь, но и самого себя.

Ведь трансформация своих психологических и тем более духовных качеств — тончайший процесс, который носит именно алхимический характер.

Алхимия составляла сокровенное ядро всех духовных учений и традиций Востока и Запада.

 Историки духовной культуры и мировых религий говорят об индийской алхимии, китайской (даосской) алхимии, тибетской алхимии (традиция Ваджраяны), суфийской алхимии, древнеегипетской герметической алхимии, средневековой европейской (оккультной) алхимии и даже христианской алхимии. О психологической алхимии все больше говорят психологи-юнгианцы.

Все эти алхимические школы по-разному, с использованием различной терминологии, системы понятий и образов говорили примерно об одном и том же: помимо чисто материальной (внешней) алхимии, ставящей целью превращать в золото «неблагородные» металлы, существует еще один, более глубокий, вид алхимии — алхимия внутренняя, алхимия психологическая или точнее говоря духовно-психологическая.

В ней золото и металлы на самом деле представляют собой аллегории внутренних психологических и духовных элементов.

«Неблагородные» металлы означают неочищенные человеческие страсти, желания, мысли, а философское «золото», или «философский камень» — высшее, божественное «Я» человека.

Согласно сакральным традициям, оно в полной мере проявляется в человеческом сознании в состоянии озарения и действительно преображает (хотя бы на время) все остальные человеческие психические свойства и ресурсы.

Человек начинает ощущать, что он соединен со Вселенной и высшими измерениями бытия, что он, по сути, един с ними и что его персональное «Я» есть продолжение высшего бессмертного и совершенного «Я».

Уже говорилось, что алхимией очень серьезно занимался К. Г. Юнг, с которым Ассаджиоли в течение многих лет плотно общался и дружил.

Вполне возможно, что у создателя психосинтеза интерес к алхимии пробудился под влиянием Юнга, хотя в то же время известно, что Ассаджиоли самостоятельно изучал многие системы и учения, где алхимия составляет важнейшую часть.

Так, Ассаджиоли внимательно читал различные герметические тексты, изучал веданту, йогу и буддизм, пытался понять миф о Граале и постепенно пришел к выводу, что алхимия и психология (речь идет о глубинной, трансформационной психологии) имеет множество точек пересечения.

Все это системы, изучая которые невозможно пройти мимо алхимии.

Если внимательно рассмотреть духовно-психологическую практику, предлагаемую Ассаджиоли, то можно увидеть в ней следы глубокого изучения алхимии.

 

Восточная версия психосинтеза о работе с первоэлементами

 

Восточная версия психосинтеза, отталкиваясь от всех этих разработок предшественников, предлагает свою систему реконструированной алхимической психопрактики.

При этом EVP исходит из того, что древнее алхимическое учение о первоэлементах(земля, вода, огонь и воздух) имеет четкий аналог с глубинными психологическими качествами человека, возможно, относящимися к его темпераменту и особенностям мышления.

Земля — это прежде всего устойчивые психологические элементы и качества личности, вода — текучие и пластические, огонь — волевые и целеустремленные, воздух — элементы, быстро распространяющиеся и имеющие отношение к мышлению и когнитивным процессам.

В процессе глубокой внутренней работы человека над собой одни элементы или структуры его психики и сознания вступают в отношения с другими структурами психики и сознания.

Они активно взаимодействует между собой, перемешиваются, изменяются (причем по строгим законам), освобождаются от ненужных элементов и превращаются в более совершенные элементы и соединения.

При этом одна алхимия — это взаимодействие между собой всех горизонтальных психических структур и элементов, а другая, более глубокая, алхимия относится к взаимодействию этих психических элементов (четырех стихий) с высшим «Я».

Строго говоря, восточная версия психосинтеза утверждает, что психология и алхимия имеют реальные точки пересечения, а также  исследует изменения, происходящие с различными психическими элементами на разных уровнях. EVP предлагает определенную психологическую практику, которая стимулирует процессы психосинтеза на уровне ощущений, восприятия, эмоциональных переживаний, мыслительных процессов, актов осознанного внимания, волевых усилий, духовных состояний.

О сенсорном синтезе, обогащающем человеческие переживания, говорят самые разные духовно-психологические учения прошлого: йога, буддизм, суфизм.

Можно приводить множество цитат, свидетельствующих о том, как адепты перечисленных учений применяли специальные практики, соединяющие воедино зрительные, слуховые, тактильные, обонятельные и осязательные ощущения, понимая, что этот синтез имеет духовную природу и возвращает искусственно разделенные сенсорные элементы в состояние изначального единства.

Практическая психология и алхимия получают дополнительный импульс к взаимопроникновению.

Особенно полезно использование алхимических практик для нейтрализации и гармонизации конфликтных переживаний и состояний, происходящих в человеческой психике и сознании.

Эффект, производимый практиками в восточной версии психосинтеза, обеспечивается не только тем, что конфликтные личностные образования и структуры уже на первой стадии синтезирования приводятся к некоему общему знаменателю и становятся подконтрольными новому сознательному «Я».

Дело в разработанных практиках психологии и алхимии, благодаря которым высшее «Я» активно включается в процесс синтезирования.

На последней стадии этой внутренней алхимии самопреобразования человек получает мощный дополнительный импульс, проявляющийся в виде состояния вдохновения, вспышки интуиции или второго дыхания.

Высшее «Я», по сути дела, благословляет новый центр человека на постоянное успешное существование.

Оно выступает в качестве решающего ресурса, без которого внутренняя работа человека по обретению целостности была бы явно незавершенной.

Именно вдохновение или озарение, полученное человеком от высшего «Я», помогает ему завершить гештальт его начинаний.

Если человек, работающий в сфере деятельности, сопряженной с достижением серьезных целей и результатов, ставит перед собой задачу, заходящую за пределы персональной выгоды, и стремится осуществить некую внутреннюю миссию и сверхзадачу, то его психосинтез приобретает все более одухотворенный характер.

Человек, испытывающий мощное, интенсивное вдохновение от своей творческой деятельности, пробуждает в себе не только трансперсональные переживания, а значит, трансперсональное «Я», но и формирует то сознательное духовное «Я», о котором говорил ученик Ассаджиоли, Петро Ферруччи.

В итоге два «Я» сливаются воедино, и человек соединяет тренированную личную интуицию с духовной мудростью, живущей в глубине нас, и то, что называлось интуицией, становится чувствознанием.

Это и есть алхимия и психология в своем глубинном измерении, трансформирующем сознание человека. Знание, понимание и практическое использование ее механизмов очень полезно для человека.

Древние алхимики были первоклассными психологами и хорошо понимали, что человеку для его глубинной трансформации надо пройти через конкретные стадии внутренней работы.

Современная психология только подходит к пониманию этих стадий и закономерностей.

Юнг и Ассаджиоли начали процесс осмысления феномена алхимии  и психологии в их глубинном единстве.

Восточная версия психосинтеза продолжает эту линию и делает попытку осмыслить практические методы алхимии, перенеся их в область практической психологии и психотерапии.

Мы сознаем, что мы в самом начале пути, но «путь в тысячу ли начинается с одного шага» и «дорогу осилит идущий».

 

 


Работа над собой